Зина остановилась возле витрины с мягкой мебелью и мечтательно улыбнулась:
- Славик, смотри какой диван! Представляешь, как он будет смотреться в гостиной нашей новой квартиры? Кожаный, удобный. Давай хотя бы присядем, попробуем?
Вячеслав раздраженно дернул плечом:
- Зин, ну сколько можно? Мы просто зашли за продуктами. Какие диваны? Какая гостиная? До ипотеки еще копить и копить.
- Но мы же уже почти два года откладываем! — расстроенно протянула женщина. — У нас приличная сумма накопилась. Можно хотя бы начать присматривать варианты? Вон Светка с Димой уже…
- Опять ты за свое! — резко оборвал жену Вячеслав. — Что ты постоянно сравниваешь? У них своя жизнь, у нас — своя! Пойдем уже, нечего время терять.
Зина послушно поплелась за мужем, украдкой вытирая набежавшую слезу.
В последнее время любой разговор о будущей квартире заканчивался именно так — недовольством мужа и ее испорченным настроением.
«Странно это все», — думала женщина, складывая продукты в тележку. — «Раньше мы вместе мечтали, планировали. Слава сам показывал мне объявления о продаже квартир, предлагал съездить на просмотр. А теперь будто подменили человека».
Женщина искоса взглянула на супруга. Тот хмуро изучал состав какого-то соуса, всем своим видом показывая, что разговор окончен.
Привычная картина за последние полгода.
Дома, раскладывая покупки по местам, супруга снова погрузилась в свои невеселые мысли.
Что-то неуловимо изменилось в их отношениях. Славка стал каким-то дерганным, раздражительным. Особенно когда речь заходила об ипотеке.
«А ведь действительно, — внезапно осенило ее, — все началось именно тогда, когда мы накопили приличную сумму на первый взнос. Вместо того, чтобы обрадоваться и начать действовать, он словно испугался».
Зинаида прислонилась к холодильнику, перебирая в памяти события последних месяцев.
Вот Слава в очередной раз собирается к матери — помочь по хозяйству. Раньше они ходили вместе, а теперь он старается уйти один. Каждые выходные придумывает какой-нибудь предлог, чтобы жена осталась дома.
- Да ты отдохни, — говорит, — я быстро вернусь. Что тебе там делать? Мама сама справится с женскими делами.
И ведь действительно! Раньше свекровь постоянно звала их обоих, а теперь будто забыла о существовании невестки. Только сына ждет. Странно, очень странно…
Вечером, когда они легли спать, Зина попыталась еще раз завести разговор об ипотеке:
- Славочка, может все-таки съездим в выходные посмотреть квартиры? Просто для информации?
-
- Господи, да когда ты уже успокоишься?! — супруг резко сел на кровати. — Сказал же — рано еще! Денег мало! Давай спать!
Мужчина отвернулся к стенке, всем своим видом показывая, что разговор окончен. А Зинаида еще долго лежала без сна, глотая слезы. Что-то здесь нечисто. Ох, нечисто…
Утром, проводив мужа на работу, жена достала из шкафчика маленький «жучок» для прослушки, купленный месяц назад в момент отчаяния.
Все это время женщина не решалась им воспользоваться. Казалось кощунством следить за любимым человеком. Но сейчас интуиция буквально кричала “Надо действовать!”
В субботу Вячеслав, как обычно, засобирался к матери. Натянул свой любимый свитер, который Зина предусмотрительно достала из шкафа.
- Ты надолго? — спросила жена, незаметно прикрепляя к свитеру крошечное устройство.
- Да как обычно, — пожал плечами супруг. — Часа на три-четыре. Помогу маме с уборкой и вернусь.
«Ну-ну», — подумала Зина, закрывая за ним дверь. — «Посмотрим, какая там уборка»
Женщина металась по квартире, то и дело поглядывая на телефон с включенным приложением для прослушки. Сердце колотилось как сумасшедшее.
«Господи, что я делаю? Совсем с ума сошла!» — ругала она себя, но остановиться уже не могла.
Первые полчаса в наушнике слышались только шаги и шум машин. Слава шел пешком. Потом раздался звонок в дверь и голос свекрови:
- А, Славик! Наконец-то! Тут строители уже материал привезли, надо принимать.
У Зинаиды екнуло сердце. Какие строители? Какой материал?
- Да, мам. Сейчас переоденусь и пойду разгружать, — послышался голос мужа.
- Ты представляешь, — продолжала щебетать Антонина Петровна, — они и правда успели за неделю весь второй этаж очистить. Старые полы сняли, перекрытия укрепили. Теперь будем новое настилать.
- Отлично! — в голосе мужчины звучало неприкрытое воодушевление. — Я посмотрел образцы ламината, которые ты выбрала. Мне тоже «дуб альпийский» больше нравится. Благородно смотрится.
Зина медленно опустилась на стул. В ушах зашумело. Ремонт? Капитальный ремонт в доме свекрови? За чьи деньги?! Она же каждый день стонет, что у нее ни рубля нет!
- Сынок, ты только Зиночке не говори пока, — донеслось из динамика. — Вот закончим все, тогда и покажем. Представляешь, как она удивится? Обрадуется!
- Конечно, мам. Это же сюрприз! — мужчина говорил с какой-то детской радостью в голосе. — Я специально для этого и копил деньги. Зачем нам эта ипотека? Твой дом все равно нам достанется, вот и вкладываемся сразу в него.
Женщина закрыла лицо руками. Ее начала бить крупная дрожь.
Значит, вот куда уходят их сбережения! Вот почему муж каждые выходные пропадает у матери!
А она-то, дура, мечтала о собственной квартире! Планировала, где что поставит, какие обои поклеит. Представляла, как они будут встречать гостей в своем доме.
Из наушника доносился грохот разгружаемых материалов и командный голос свекрови:
- Славочка, этот ламинат сразу на второй этаж занесите! И плитку в ванную тоже! А потолочные панели пока в гараж!
- Хорошо, мам! Сейчас все организуем! Будет все, как ты скажешь!
«Славочка», — передразнила про себя Зина. — «Маменькин сынок! Предатель!»
Ее трясло от обиды и злости. Как он мог? Почему не обсудил с ней? Ведь это деньги их семьи! Она же работает наравне с ним, откладывает каждую копейку.
Женщина вскочила, заметалась по комнате. Нет, так просто это не оставит! Раз муж решил действовать за ее спиной, она тоже церемониться не станет!
Схватив сумку и ключи от машины, Зинаида выбежала из квартиры. Руки дрожали так, что она с трудом попала ключом в замочную скважину.
До дома свекрови было минут пятнадцать езды. Всю дорогу из глаз катились слезы, в голове крутились обрывки разговоров, намеки, недомолвки…
Как же она раньше не догадалась? Не заметила?
«Ничего», — думала Зина, сжимая руль побелевшими пальцами. — «Сейчас все выскажу! И этой командирше-свекрови, и благоверному муженьку! Пусть только попробуют оправдаться!»
Машина резко затормозила возле знакомого двухэтажного дома. Возле ворот стояла «Газель» со стройматериалами. Рабочие таскали какие-то пакеты, доски, коробки.
А посреди двора, как генерал на плацу, возвышалась Антонина Петровна, раздавая указания. Рядом суетился Слава — в рабочей одежде, перепачканный строительной пылью.
Зинаида распахнула калитку с такой силой, что та ударилась о забор.
- Так вот, значит, как?! — закричала невестка, подлетая к свекрови. — Вот куда уходят наши деньги! А я-то, глупая, верила, что мы на квартиру копим!
Антонина Петровна побледнела, но быстро взяла себя в руки:
- Зиночка, ты чего разошлась? Мы же хотели сделать тебе сюрприз!
- Сюрприз?! — женщина истерически рассмеялась. — Прекрасный сюрприз! Обманывать жену, тайком тратить общие деньги! А вы, — она ткнула пальцем в свекровь, — вы же всё знали! Специально подговорили сына, да?
- Не смей на мать голос повышать! — вмешался Вячеслав, хватая супругу за руку.
- Не трогай меня! Ты предатель! Я два года мечтала о своем доме! Каждую копейку берегла! А ты… ты все решил за меня!
Рабочие неловко топтались у машины, не зная, куда деваться. Антонина Петровна величественно выпрямилась:
- Мальчики, идите пока покурите. Нам нужно поговорить.
- Нечего тут говорить! — невестка уже рыдала в голос. — Я все поняла! Вам же плевать на мои желания! Главное — ваш драгоценный ремонт!
- А что такого? — вдруг взорвалась свекровь. — Дом все равно вам достанется! Чем не жилье? Еще лучше — двухэтажный особняк! А ты только о своем думаешь! Все «я» да «я»!
- Мама, не надо, — попытался остановить ее Слава.
- Нет, надо! Пусть знает! Я для вас стараюсь! Дом в порядок привожу! А она закатывает истерику как избалованная девчонка!
- Для нас?! — задохнулась от возмущения женщина. — Да вы просто манипулируете сыном! Используете его! А он и рад стараться! Маменькин сыночек!
- Зина, прекрати! — рявкнул Вячеслав. — Ты перегибаешь палку!
- Это ты прекрати! Прекрати врать! Прекрати решать все за моей спиной! Я тебе жена или кто? Почему ты со мной даже не посоветовался?
- Я хотел как лучше…
- Как лучше?! — жена снова сорвалась на крик. — Лучше — это честно! Лучше — это вместе! А ты все испортил! Все предал!
Она резко развернулась и побежала к машине. В спину донесся голос свекрови:
- Вот и правильно! Беги! Только без моего сына! Он наконец-то занялся делом, а не твоими глупыми фантазиями!
- Мама! Не надо!
- А что мама? Правду говорю! — не унималась Антонина Петровна. — Нечего тут…
Но Зина уже не слышала. Она вскочила в машину и рванула с места. Слезы застилали глаза, руки дрожали. В голове стучала только одна мысль: «Домой! Скорее домой!»
Хорошо, что их с мужем сбережения хранились отдельно. У каждого своя заначка — так повелось с самого начала. Теперь хоть эти деньги целы. А он пусть тратит свои на ремонт маменьке…
«Господи, как же больно!» — думала про себя Зинаида, вытирая слезы. — «За что? Почему они так со мной? Почему нельзя было просто поговорить? Или я даже этого не заслуживаю?»
Вячеслав вернулся домой поздно вечером. Супруга сидела в гостиной, грустно листая ленту социальной сети. На пороге стояла большая спортивная сумка мужа.
- Вот твои вещи, — тихо сказала Зинаида, не поднимая глаз. — Можешь возвращаться к маме. Будешь достраивать ей дворец.
- Зина, давай поговорим, — Слава тяжело опустился на стул напротив. — Я все объясню.
- Что ты объяснишь? Как полгода врал мне? Как за моей спиной распоряжался нашими деньгами? Не стоит.
- Я хотел сделать сюрприз! — в отчаянии воскликнул муж. — Пойми, этот дом все равно достанется нам! Зачем брать ипотеку, платить проценты, если можно вложиться в готовое жилье?
Женщина наконец подняла на него глаза:
- А меня спросить не надо было? Я что, пустое место? Кукла, которую можно поставить перед фактом?
- Но я же для нас старался! — начал заводиться Вячеслав. — Ты представляешь, какой там будет дом после ремонта? Два этажа, участок, гараж! Лучше любой квартиры!
- Дело не в доме! Дело в доверии! Ты предал меня, Слава! Наплевал на мои чувства, мечты, желания!
- Какие мечты? — взорвался супруг. — Загнать себя в кабалу на двадцать лет? Платить бешеные проценты банку? Это по-твоему умно?
- Умно — это быть честным с женой! Это обсуждать важные решения вместе! А не бегать тайком к маме, как нашкодивший щенок!
Они замолчали. В наступившей тишине было слышно тиканье часов и чье-то приглушенное радио за стеной.
- Знаешь, что самое обидное? — Зинаида нарушила затянувшееся молчание. — Я ведь могла согласиться. Если бы ты просто пришел и сказал: «Давай вложим деньги в мамин дом, он все равно будет наш». Мы бы обсудили, взвесили все за и против. Может, я бы и согласилась.
- Правда? — с надеждой уточнил супруг.
- Теперь уже неважно. Ты выбрал другой путь. Решил все сам. Вместе с мамой, против меня. За моей спиной!
- Я не против тебя! — взмолился Вячеслав. — Я для тебя старался!
- Нет, Слава. Ты старался для мамы. А меня просто поставил перед фактом. Как она и хотела.
Женщина встала и уверенно произнесла:
- Я подаю на развод. Не хочу быть второй после твоей мамы. Не хочу жить в доме, куда меня, может быть, соизволят пустить. Не хочу быть марионеткой в чужих руках.
- Зина, прекрати драматизировать. Это уже не смешно. Если ты так сильно не любишь сюрпризы, давай сейчас сядем и обсудим вопрос дома.
- Поздно. Ты уже сделал выбор. Теперь живи с ним.
Женщина вышла из кухни, оставив мужа одного. В спальне достала чемодан, начала складывать вещи. Руки дрожали, но решение было твердым.
Завтра она поедет к риэлтору. У нее есть своя часть денег — хватит на первый взнос за небольшую однокомнатную квартиру на окраине города. Она справится. Главное — остаться собой, не потерять самоуважение.
А Слава пусть достраивает мамин дом. Раз уж для него это важнее семьи, важнее любви и доверия.
В прихожей хлопнула входная дверь.
Зинаида подошла к окну. Муж медленно брел по двору, ссутулившись под тяжестью спортивной сумки.
Женщина смахнула слезу:
«Жаль, что ты так и не понял… настоящий дом строится не из кирпича и бетона. Он строится из честности, доверия и уважения. А без этого любой дворец — просто груда камней…»
